?

Log in

No account? Create an account
Суть времени, friend, френд, Андрей Малахов ЖЖ, друг

friend


Друг ЖЖ

«Что человек, когда его желания – еда и сон? Животное, не боле»


Previous Entry Share Flag Next Entry
О коммунизме и марксизме — 9
мауриц корнелис эшер хаос и порядок
friend


Либо обретение коммунистической метафизики, причем не чуждой коммунизму и марксизму, а найденной внутри них, либо полное остывание и смерть. Причем не только смерть проекта, но и смерть России

Когда я впервые начал говорить о коммунистической метафизике и о неявной метафизике Маркса, поднялся неистовый вой, в котором участвовали а) весьма упертые и недалекие люди и б) враги, которые прекрасно понимали, насколько важной является данная тема и почему нельзя допустить ее обсуждения. Через несколько лет Анна Кудинова на страницах газеты «Суть времени» описала этих врагов (французских по преимуществу, но и не только). Врагов, убежденных в том, что развалить СССР и коммунистический лагерь можно только в случае, если из коммунизма будет изъято всё метафизическое.

Почему же эти враги — между прочим, высочайше образованные и по-настоящему умные — так страстно желали изничтожения всего метафизического в марксизме во имя обеспечения краха марксизма и коммунизма, СССР и коммунистического лагеря?

Потому что для Маркса, Ленина и других миссия партии состоит в том, чтобы вносить в пролетариат и другие борющиеся с капитализмом слои общества некую накаленность (огненность). Каждый, кто захочет, может убедиться в том, что для Маркса и Энгельса, Ленина и Сталина именно это является важнейшей задачей партии. Что не Кургинян считает эту задачу важнейшей, а все данные классики.

Что касается меня, то я только придаю этому общему для классиков тезису некую завершенность. То есть утверждаю следующее.

1. Если партия всё время должна «разогревать» («насыщать огненным началом») силы, противостоящие капитализму (рабочий класс и другие макросоциальные группы), то как минимум необходимо, чтобы сама партия не «остывала».

2. Необходимо также, чтобы макросоциальные группы не остывали настолько, чтобы их невозможно было разогреть. Развивая данную образность, могу сказать, что никому не удастся воспламенить дрова, которые очень долго лежали в воде. А уж если такая задача почему-то будет поставлена, то необходимы будут специальные средства, которые сначала эти дрова высушат, а потом воспламенят. И что эти средства должны будут обладать иным потенциалом, нежели обычная спичка, поджигающая хорошо высушенную бересту. Которая, в свою очередь, поджигает хорошо высушенные дрова.

3. Таким образом, огненность партии, ее разогревающая способность есть ключевой параметр, от которого зависит судьба большого коммунистического проекта.

4. Только тупица или наглец, занятый провокациями и делающий ставки на абсолютную дикость и необразованность современной тянущейся к марксизму молодежи, осмелится утверждать, что Ленин не был постоянно обеспокоен до крайности тем, что партия может потерять эту разогревающую способность. На самом деле в послереволюционные годы только потеря партией этой способности по-настоящему беспокоила Ленина.

Был ли Ленин готов к тому, чтобы это осмыслить политически, — отдельный вопрос. Но по-настоящему его беспокоило только это. Ведь в конечном итоге дело не только в так называемом перерождении партии, которое имело место и сыграло огромную роль в крахе СССР и коммунистического проекта. Да, перерожденцы, возжелавшие превратиться из номенклатурно-коммунистической элиты в элиту номенклатурно-капиталистическую, сыграли жуткую роль в крахе СССР, коммунизма, в развертывании спирали регресса на территории всех постсоветских государств (и Российской Федерации в первую очередь).

Но почему им не помешали другие, порядочные партийцы, входившие в номенклатурный советский политический класс? Потому что эти непереродившиеся партийцы остыли. Остыли, понимаете? Вы ничего не поймете в трагедии разгрома СССР, если не ощутите важности данного момента. Эти партийцы могли быть безупречно порядочными людьми и талантливыми управленцами. Но они уже были остывшими. Что значит «остывшими»?

Не так давно я присутствовал на одной из телевизионных дискуссий. В дискуссии участвовали представители «Единой России». Программа называлась «Политика». В передаче участвовали, в связи с «Прямой линией», в рамках которой В. В. Путин общался с гражданами, видные представители политической элиты, то бишь парламентарии. Причем далеко не худшие. На ковер были вызваны министры, причем, опять же, нехудшие. И по определению входящие в политическую элиту страны. Все они вместе проявили одно общее свойство — желание изгнать политику, сказать ей «сгинь!» Заклясть ее так, чтобы она никогда не появлялась. Притом что ежу понятно, что она не появиться не может.

В качестве источника магической силы, способного осуществить заклятие «сгинь!», были избраны так называемые практические дела. Заклинавшие политику сгинуть номенклатурщики нового типа страстно обсуждали практические дела, поправки к определенным законам — всё, вплоть до коэффициентов в тех или иных формулах эффективности. Всё что угодно, только не политику. Так же обсуждалась коррупция и прочее.

Между тем основа для политического обсуждения понятна.

Например, коррупция — это товар на рынке. Пока есть покупатель этого товара и пока операции на рынке высокорентабельны, можно вводить любые поправки в любые законы и осуществлять любые мероприятия в рамках любой антикоррупционной кампании. Всё это — как мертвому припарки. Потому что субъект, производящий коррупцию, — это криминальная часть политического класса. Эта часть класса будет покупать чиновников, продвигать своих представителей, дабы обеспечить свой политический и экономический интерес. Для противодействия этому интересу нужна другая часть того же класса, которая, не желая повиснуть на деревьях, захочет по-настоящему подавить коррупцию, продвигая во власть своих представителей, собирая под свои знамена своих чиновников и вытесняя противников в ходе политической войны.

Такой подход — а политическим может быть только он — смертельно пугает нынешнюю номенклатуру. Противодействуя такому подходу, она дружно орет «сгинь!» и обсуждает подпункт номер такой-то в федеральном законе номер таком-то и детали, связанные с теми или иными подзаконными актами. А еще она обсуждает те или иные мероприятия. О, эти мероприятия!

Впрочем, намного важнее того, что именно она обсуждает, то, почему она это обсуждает. Потому что она остывшая, понимаете? А ее противники — не остывшие. Тот же самый Пионтковский дышит ненавистью. В нем эта ненавидящая огненность, подключенная к огненности зарубежной, существует. Как существовала она в диссидентстве позднесоветской эпохи. А в честной коммунистической номенклатуре позднесоветской эпохи огненности не было ни на йоту. А было бесконечное желание... нет, не украсть и не предать, а построить столько-то детских садиков, на столько-то процентов увеличить производство товаров народного потребления, таким-то и таким-то образом улучшить управление народным хозяйством.

В этом-то и была смерть СССР и коммунизма. В том, что правящий политический класс в его здоровой части остыл. А в его нездоровой части возгорелся огнем злобно ненавидящей алчности (даешь капитализм и меня как Рокфеллера!). Даже если нездоровая часть правящего класса и не возгорелась, что ж, она достаточно высохла для того, чтобы ее подожгли возгоревшиеся диссиденты и их западные опекуны.

А почему остыли здоровые партийцы? Почему они не могли воспрепятствовать партийцам нездоровым? Почему эти нездоровые партийцы оказались сухими дровами, которые сумели поджечь ненавидящие огненные диссиденты, мечтавшие о том, чтобы в зажженном ими черном огне сгорели и коммунистический проект, и Россия?
Потому что не было коммунистической метафизики. Потому что ее отсутствие породило остывание партии. Потому что остывание партии породило остывание макросоциальных групп, призванных отражать капиталистические атаки, и всего народа в целом.
Если это так, то только обретение коммунистической метафизики может спасти ситуацию. И эту метафизику надо находить не вне марксизма, а в нем самом. Я понимаю, что слово «метафизика» может покоробить и в силу его неоднозначности, и в силу его нечуждости тому религиозному началу, которое отсутствует у светских людей. Но вы вдумайтесь в цену вопроса. А также в то, что связано с огнем и остыванием. И поймите, что изобретение новых слов уведет нас невесть куда. А действовать надо немедленно, опираясь на слова известные и уже разработанные.

А значит — либо обретение коммунистической метафизики, причем не чуждой коммунизму и марксизму, а найденной внутри них, либо полное остывание и смерть. Причем не только смерть проекта, но и смерть России. Вот почему мы занимаемся коммунизмом, марксизмом и метафизикой. Это не умствования, товарищи и друзья! Это ключевой и, по сути, единственный вопрос, от ответа на который зависит спасение страны. Поэтому давайте засучим рукава, напряжем извилины и займемся... Нет, не умствованиями, а теми интеллектуальными изысканиями, вне которых гибель народа и страны неизбежна. Враги это прекрасно понимают с давних пор. А те, кого эти враги обрекли на погибель? Они-то должны, наконец, понять, откуда эта погибель. Из отсутствия соответствующей метафизики, вот откуда.

До встречи в СССР!

Сергей Кургинян
Источник – http://gazeta.eot.su/article/o-kommunizme-i-marksizme-9


promo friend march 30, 2015 22:02 1045
Buy for 10 000 tokens
Народный мэр Славянска Вячеслав Пономарев и генерал Сергей Петровский (Хмурый) начали рассказ о похождениях Стрелкова в Славянске и во всей Северодонбасской агломерации (Краматорск, Славянск, Семеновка, Дружковка, Константиновка и так далее) в целом. Напомним, что антифашистское сопротивление в…

  • 1
= что мешает существовать общественно-политическому субъекту с христианской метафизикой? =

Ничто не мешает. Об этом я и говорю. Теоретики не строят ГЭС. Из чего не следует, что её вообще не надо строить. Точно так же, из этого не следует, что для её строительства нужна какая-то другая физическая теория.


«Ничто не мешает. Об этом я и говорю.»
Замечательно. И где он? А так же, в догонку — где он был в 1917-м, 1991-м?
Почему кто-то другой должен "брать и не париться" христианскую метафизику?

«Точно так же, из этого не следует, что для её строительства нужна какая-то другая физическая теория. »
Прямо не следует, вы правы. Но заставляет задуматься. Если "теория" столь замечательна, но никто на её основе не берётся "строить ГЭС", в то время как она край как необходима — это о чём должно говорить?

= где он был в 1917-м, 1991-м? =

Если о 1917, тут своего рода "разводка". Так сложилась, что борьба за рабочее дело, лучший мир и святую свободу оказалась тесно сопряжённой с воинственным атеизмом и антиклерикализмом. В свою очередь, из-за этого социалистическое движение вызывало отторжение у верующих - ибо социалисты безбожники.
Мне ещё Украина вспомнилась, последние события. Вопрос, где было прорусское народное движение. А его задавили, причём не бандеровцы, а ещё Янукович с "Партией регионов" до этого. В результате, когда Янукович и ПР слились...
Что-то похожее, вероятно, было и в Российской Империи до 1917. Не думаю, что власть поощряла бы (мягко говоря) общественно-политическую самодеятельность православных граждан. Да они и сами могли на это смотреть как на недопустимое "раскачивание лодки".
Хотя нельзя сказать, что у нас вообще не было движений в этом направлении. Славянофилы были, народники были... то бишь, нащупывание русского пути к справедливости и развитию, в принципе, было.

= Если "теория" столь замечательна, но никто на её основе не берётся "строить ГЭС", в то время как она край как необходима — это о чём должно говорить? =

И я был не сказал, что не берётся. Вы хотите сказать, что за 2000 лет христианство не повлияло на развитие цивилизации? По-моему, оно определило его. Разумеется, не было христианских/православных партий, но действовали на тех или иных постах именно христиане со своим мировоззрением и метафизикой.



Edited at 2015-05-20 10:37 am (UTC)

«Вы хотите сказать, что за 2000 лет христианство не повлияло на развитие цивилизации?»

Я говорю не про 2000 лет, а про XX-XXI века, и в первую очередь про настоящий момент.
На основе этой метафизики не сформировался исторический общественно-политический субъект необходимого качества, когда он был нужен.
Поэтому и ставлю вопрос: почему кто-то другой должен "брать и не париться" христианскую метафизику — если её носитель и хранитель не смог её "взять"?

= На основе этой метафизики не сформировался исторический общественно-политический субъект необходимого качества, когда он был нужен =

А на основе какой метафизики сформировался нужный исторический общественно-политический субъект необходимого качества?
У меня встречный вопрос, для уточнения Вашей позиции. Вы хотите сказать, что христианская (а, возможно, вообще ни одна существующая на данный момент) метафизика для общественного строительства не годится?
Если нет, то какая годится?
Если да, то что тогда?

«А на основе какой метафизики сформировался нужный исторический общественно-политический субъект необходимого качества?»
Возможно, на основе той самой красной метафизики, недоосмысленной и недосформулированной, которую старается выявить и оформить С.Е.

«Вы хотите сказать, что христианская (а, возможно, вообще ни одна существующая на данный момент) метафизика для общественного строительства не годится? »
Это проверяется только практикой.
Практика начала и конца прошлого века и практика настоящего момента налицо.
Вопрос же стоит не в том, чтобы "взять метафизику по вкусу" — а в том, чтобы "взять и сделать нечто исторически необходимое".
Так вот где это "сделанное исторически необходимое" православным субъектом на основе христианской метафизики?

Начну с конца.

= Так вот где это "сделанное исторически необходимое" православным субъектом на основе христианской метафизики? =

Понятно, что до начала ХХ века в течение 1000 лет до этого на Руси вообще всё исторически необходимое делалось православным субъектом на основе христианской метафизики.
В последние 100 лет ситуация иная, согласен.
Но, во-первых, это недостаточное основание для списания данной метафизики. 1000 лет работало, потом 100-летний перерыв... ну, так, в масштабе истории и метафизики это немного.
Во-вторых, я бы и советское время не назвал бы абсолютным бездействием православных субъектов. А уж в последние лет 25 - тем более. Примеров сделанного православным субъектом (православными субъектами) немало. Исторически необходимого - в том числе.

= Возможно, на основе той самой красной метафизики, недоосмысленной и недосформулированной, которую старается выявить и оформить С.Е. =

Вот тут вопрос. Чем это отличается от "придумать новую веру" или "создать новую религию"?

"Мета-физика" - это "за пределами физики", иными словами - сверхъестественное. То бишь Бог (ибо всё остальное естественно). Ну, или чёрт.
Метафизика также - это "наука о сверхчувственных принципах и началах бытия", как в словаре сказано. Наука-то наука, но сверхчувственные принципы и начала бытия - это, опять же, вопрос веры.
То бишь, метафизика должна строиться на вере, на религии. А вера (религия) строится на откровении - на том, что Бог сообщил людям. А не на том, что сами люди измыслили. Ибо всё, измышленное людьми, может быть людьми же оспорено, и всё может оказаться ошибочным. А Бог не ошибается, поэтому сообщённое им - аксиома.
Тех, кому Он это сообщил (через кого Он это сообщил), называют пророками. Чтобы вера возникла, нужно, чтобы люди поверили (поняли), что с ними действительно говорит Бог или Его пророк.
(Бывало, что люди принимали за пророков проходимцев (да и сейчас бывает, и будет ещё) - но это уже другой вопрос).
А уж на основе этой веры, этих аксиом можно строить и определённые философские, этические и, в каких-то случаях, даже социально-экономические и политические конструкции.
Да, похоже на математику или любую другую науку или область знания - есть некоторые аксиомы в основе, на которых всё строится.
Но в религии необходимо то, чего нет и не нужно в науке. Это, во-первых, определённое нравственно-этическое делание. Во-вторых, собственно духовно-мистическое делание - молитвы, определённые обряды и т.д.; прямое обращение к Богу. Это и есть живой контакт с Богом и вода из метафизического ключа (о которой упоминал Кургинян) и источник метафизического огня. В размышлизмах, теоретизировании, философствовании этого огня нет и даже в соблюдении нравственно-этических норм его недостаточно. Нужно прямое обращение к Богу.
Кургинян, разумеется, не будет говорить, что есть Красный Бог, а Маркс - пророк Его. Тем более, Кургинян не будет себя называть пророком Красного Бога.
Значит, останется только философская конструкция, созданная человеком (пусть и очень умным).
На самом деле, он всё равно обращается к христианским сюжетам, но не только. Скажем, хилиазм - одно из направлений христианской мысли. Он отрицает теодицею - что уже даже не совсем по-христиански. Но больше всего у него похоже на зороастризм. Там два начала - Ахура-Мазда и Ангхро-Майнью (Ормузд и Ариман), одно доброе, другое злое, они борются.
Но в любом случае вера нужна - в Христа или в Заратустру.
Да, и духовная практика нужна. Или "красные метафизики" будут создавать и свои молитвы и ритуалы? Вряд ли. Значит, остаётся христианская (зороастрийская, какая-то ещё) духовная практика.


Edited at 2015-05-21 09:57 pm (UTC)

  • 1